Договор осложненный иностранным элементом

Лекция 1. Международное частное право в системе российского права

1.2. Понятие и виды правоотношений, осложненных иностранным элементов

Под правоотношением понимается общественное отношение урегулированное нормами права

Нормы международного частного права регулируют гражданско-правовые, семейные и трудовые отношения с иностранным (или международным) элементом, а также гражданско-процессуальные отношения, если возникает юридическая связь перечисленных отношений с правопорядками двух или более государств. Иностранный элемент может присутствовать в трех различных качествах, а именно:

1) в качестве субъекта (гражданин иностранного государства, иностранная организация или иностранное государство, которое только тогда является субъектом международного частного права, когда вступает в частные отношения с физическим или юридическим лицом);

2) в качестве объекта, который находится за границей;

3) в качестве события, юридического факта, произошедшего за границей (причинение вреда, заключение договора, смерть и т.д.).

При этом необходимо отметить, что в жизни указанные элементы могут встречаться в различных сочетаниях. Например, гражданин Израиля составляет завещание по месту жительства, оставляя свое имущество, находящееся во Франции гражданину России. Либо в Испании заключается договор перевозки из Греции в Россию, а в качестве перевозчика выступает юридическое лицо из Италии. Все это требует четкого определения, законодательством какого государства необходимо руководствоваться, чтобы соблюсти правомерность правоотношений.

Отвечая на вопрос, о каких отношениях, регулируемых нормами международного частного права, идет речь, обычно говорят о двух основных группах. Первая — экономические, хозяйственные, научно-технические и культурные отношения в той их части, которая подпадает под действие норм международного частного права. В данном случае задача международного частного права состоит в регулировании деловых связей организаций и фирм различных стран. Особое значение приобретает для России создание благоприятного климата для иностранных инвестиций, содействие экономической интеграции со странами СНГ.

Вторая — отношения с участием иностранцев, затрагивающие их имущественные и личные неимущественные, семейные, трудовые и другие права частноправового характера. Речь идет, например, о создании гарантий и обеспечении прав в случаях заключения смешанных браков (а их число растет), и особенно защиты интересов усыновленных детей. Таким образом, нормы международного частного права определяют правовое положение иностранных граждан в России и российских граждан за рубежом. Для российского государства и его органов особую актуальность имеет использование норм и принципов международного частного права для защиты законных прав и интересов россиян, проживающих за рубежом. Известно, что всесторонняя защита прав и интересов российских граждан и соотечественников за рубежом — это одна из основных целей внешней политики нашего государства. Нормы, регулирующие эти отношения, входят в состав международного частного права.

Иностранный элемент

Иностранный элемент – в международном частном праве: свойство фактического отношения, наличие которого поднимает коллизионный вопрос либо вопрос о применении иных норм международного частного права к такому отношению.

Понятие «иностранного элемента» является основным для формулирования круга отношений, которые относятся к предмету международного частного права.

↑Классическое определение иностранного элемента

С точки зрения классической теории, иностранный элемент как характеристика фактического отношения может проявляться в трех вариантах:

  • субъектный состав (иностранный гражданин (подданный), либо иностранное юридическое лицо, либо иностранное государство).
  • объект правоотношения (вещь, находящаяся за границей).
  • юридический факт, в результате которого возникает, изменяется или прекращается правоотношение (к примеру, сделка или причинение вреда имели место за границей).

↑Иные подходы к закреплению иностранного элемента

Помимо классического определения иностранного элемента, подразумевающего закрытый перечень ситуаций, которые ставят коллизионный вопрос, существуют и иные свойства фактического отношения, которые могут считаться достаточными для применения нормы иностранного права.

Так, Конвенция о договорах международной купли-продажи товаров (CISG) (Вена, 1980 г.) устанавливает, что она применяется к отношениям сторон, если их коммерческие предприятия (places of business) находятся в разных государствах-участниках конвенции. Таким образом, Венская конвенция устанавливает иной вид иностранного элемента – место нахождения торгового предприятия.

Не однозначно, может ли быть иностранным элементом само по себе указание в договоре, который имеет объективную связь с правопорядком только одного государства, на применение иностранного права или на подсудность споров иностранному суду.

Поскольку перечень обстоятельств, которые достаточны для вывода о наличии иностранного элемента, не является закрытым и в силу российского Гражданского кодекса, не исключено, что и иные характеристики отношения могут быть признаны судом иностранным элементом.

↑Значение иностранного элемента

Само по себе наличие иностранного элемента еще не означает, что к отношениям сторон будет применяться иностранное право либо национальное право, относящееся к « праву иностранцев». Для возникновения сомнения относительно возможности применения национального права, необходимо, чтобы имеющийся иностранный элемент приводил к выводу о том, что иной правопорядок в действительности имеет большую связь с материальным отношением, чем национальный правопорядок страны суда.

Так, долгое время считалось, что права и обязанности по сделке регулируются правом страны места заключения договора (lex loci contractus). Такое регулирование могло считаться обоснованным, поскольку большинство сделок исполнялось в месте их заключения. Однако с развитием почтовой и транспортной инфраструктуры, с увеличением случаев заключения сделки inter absentes стало очевидно, что место заключения договора является случайным обстоятельством, которое вовсе не демонстрирует связь прав и обязанностей из договора с правопорядком страны его заключения. В настоящее время такая коллизионная привязка считается архаичной.

Вариант иностранного элемента, имеющий значения для формулы прикрепления (субъект, объект, юридический факт), как правило, закрепляется в соответствующей коллизионной норме. Вместе с тем в некоторых ситуациях суду надлежит выяснять, насколько сильно выражен иностранный элемент в том или ином фактическом отношении, и достаточен ли он для вывода о применении иностранного права.

↑Рекомендуемая литература

1. Лунц Л.А. Курс международного частного права.

Эта статья еще не написана, но вы можете сделать это.

8 сентября 2010 Договоры с иностранным элементом в практике российских сделок M&A и принцип автономии воли.

Слияния и поглощения. №9. Сентябрь 2010.

Михаил Тараруев, Юрист Goltsblat BLP.

В современном мире правовые системы различных государств давно утратили свойства герметичности. Они соприкасаются, непрерывно взаимодействуют друг с другом, унифицируются, рецепируют те или иные правовые конструкции друг у друга.
Относительно недавними отечественными примерами такого соприкосновения является рецепция, к сожалению, подчас некритическая, многих правовых институтов англосаксонской правовой системы российским законодательством: конструкции закрытого акционерного общества, номинального держателя эмиссионных ценных бумаг, ипотечных ценных бумаг и пр.
Таким образом достижения заграничных законодателей и практиков становятся доступны российским гражданам и организациям, по сути, путем их прямого включения в систему норм российского права наподобие норм международных договоров.

Вместе с тем самим ГК РФ предусмотрена противоположная форма восприятия правовых конструкций, по какой-либо причине не закрепленных в российском праве, но не противоречащих его устоям и основам. Речь идет о принципе автономии воли сторон гражданского правоотношения, осложненного иностранным элементом, позволяющем им выбирать закон, которому будут подчиняться их договорные правоотношения (lex voluntatis).

Оба механизма преследуют одну и ту же цель — приноравливать применимую нормативную систему к изменчивым требованиям интернационализирующейся хозяйственной практики, однако в принципе их функционирования отражено противостояние двух мировоззрений, двух противоположных подходов — этатистского (государственнического) и либерально-индивидуалистического. Автор настоящей статьи, будучи сторонником второго подхода, попытается показать на примере так называемых M&A-сделок, каким образом подход охранительный и консервативный без должного, как нам кажется, обоснования господствует в российской правоприменительной практике.

Ст. 1186 ГК РФ прямо указывает на два обстоятельства, представляющие собой иностранный элемент правоотношения. Это участие в гражданско-правовых отношениях иностранных граждан или иностранных юридических лиц, а также нахождение объекта гражданских прав за границей Российской Федерации.

Таким образом, в полном соответствии со статьями 1186 и 1210 ГК РФ иностранные акционеры российского акционерного общества вправе подчинить свои отношения по поводу осуществления своих прав, возникающих в связи с их участием в уставном капитале российской компании, иностранному праву.

При этом единственным изъятием из действия норм иностранного права, имплементированных сторонами в свое соглашение, является нарушение таким соглашением так называемых «сверхимперативных» норм российского законодательства, то есть тех норм, которые имеют «особое значение, в том числе для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота» (ст. 1192 ГК РФ), и тех, которые составляют «основы правопорядка» (ст. 1193 ГК РФ), и, потому, являются выведенными из-под сферы действия принципа lex voluntatis.

Таким образом, российский суд вправе отказать иностранным сторонам акционерного соглашения по иностранному праву в обращении к принципу автономии воли, если сочтет, что какая-либо из норм такого соглашения а) противоречит особенно значимым, в том числе для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота, нормам российского права; б) нормам публичного порядка.

Смотрите так же:  Материнский капитал продление на 2017 год

На практике вслед за получившим резонанс так называемым делом «Мегафона» (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 31 марта 2006 г.), в котором акционерное соглашение по шведскому праву было признано недействительным, российские суды признавали соглашения об осуществлении прав акционеров недействительными, ссылаясь, в основном, на их противоречие нормам публичного порядка.

В качестве аргументации суды используют универсальные ссылки на то, что все вопросы деятельности российского юридического лица регулируются исключительно российским правом (ст. 1202 ГК РФ относительно личного закона компании, который определяется страной ее учреждения), на недопустимость отказа от права (ч. 3 ст. 9 ГК РФ), а также на буквальное противоречие тех или иных положений акционерного соглашения нормам Федерального закона «Об акционерных обществах».

Вместе с тем небесспорным представляется тот факт, что отношения между двумя иностранными организациями по поводу управления российской компанией являются полностью изъятыми из сферы действия принципа автономии воли.

Во-первых, норма относительно личного закона юридического лица (ст. 1202) является такой же коллизионной нормой, как и норма об автономии воли сторон (ст. 1210). Как известно, согласно хрестоматийному для российской доктрины определению коллизионная норма «сама по себе не дает ответа на вопрос о том, какие права и обязанности сторон возникают по данному правоотношению, она лишь указывает компетентный материально-правовой закон, подлежащий применению к правоотношению» [1]. Соответственно, норма относительно личного закона юридического лица не является частью публичного порядка России, поскольку логично, что такими нормами являются лишь нормы материально-правовые.

Во-вторых, законодательство России не дает четкого определения публичного порядка. Согласно общепринятым воззрениям основы публичного порядка составляют нормы о запрете свободной купли-продажи ограниченных в обороте или из него изъятых вещей, нормы об особом правовом режиме в пределах той или иной территории, особом правовом статусе определенных организаций (таких, как, например, хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обороны и безопасности страны) и пр.

Исходя из текста самой нормы о публичном порядке (абз. 2 ст. 1193 ГК РФ): «отказ в применении нормы иностранного права не может быть основан только на отличии правовой, политической или экономической системы соответствующего иностранного государства от правовой, политической или экономической системы Российской Федерации», — следует, что не любая императивная норма Федерального закона «Об акционерных обществах» составляет публичный порядок России.

Ссылка на недопустимость отказа от права также выглядит весьма спорной применительно к иностранным компаниям, личный закон которых в силу российской же коллизионной нормы, представляет собой право места их учреждения.

Тем не менее, суды занимаются крайне консервативную и, как нам кажется, не вполне обоснованную позицию, не признавая действия принципа автономии воли в отношении соглашений об осуществлении прав собственников уставных капиталов российских хозяйственных обществ (при условии, конечно, если такие соглашения существенным образом не нарушают права и законные интересы миноритариев, являющихся российскими гражданами или организациями — в таком случае позволительно говорить о прямом действии российских сверхимперативных норм (ст. 1192 ГК РФ)).

В силу этого иностранным компаниям приходится использовать холдинговые компании и заключать в их рамках акционерные соглашения по иностранному (чаще — английскому) праву. Такой подход позволяет избегать риска признания недействительным акционерного соглашения в России.

Относительно недавняя имплементация института соглашения об осуществлении прав участника/акционера хозяйственного общества в российское законодательство позволяет говорить о том, что российский законодатель пошел по исторически излюбленному пути насаждения свобод «сверху». При этом не ясно, какой суды отмерят «уровень свободы» участникам таких соглашений, позволят ли прибегать к опробованным и отработанным веками на практике механизмам акционерного соглашения по английскому праву, имплементируемым в подчиненное российскому праву акционерное соглашение.

[1] Лунц Л.А. Курс международного частного права. Общая часть. М., 2002. С.156.

Право, подлежащее применению к отношениям, осложненным иностранным элементом, по российскому законодательству: материально-правовой и коллизионный аспекты. Статьи по предмету Международное частное право

ПРАВО, ПОДЛЕЖАЩЕЕ ПРИМЕНЕНИЮ К ОТНОШЕНИЯМ, ОСЛОЖНЕННЫМ ИНОСТРАННЫМ ЭЛЕМЕНТОМ, ПО РОССИЙСКОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ: МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВОЙ И КОЛЛИЗИОННЫЙ АСПЕКТЫ

С.В. НИКОЛЮКИН

В настоящее время как в международных конвенциях, так и в национальном законодательстве большинства государств достаточно устойчиво закрепился принцип автономии воли сторон при выборе материального права, регулирующего договорные отношения.
Автономия воли представляет собой институт международного частного права, не только регулирующий отношения сторон гражданского правоотношения, осложненного иностранным элементом, по самостоятельному выбору применимого национального права, различных правовых систем, но и осуществление выбора между источниками права в рамках одной правовой системы.
Как справедливо отмечает В.А. Канашевский, автономию воли как институт следует понимать в двух значениях: как институт материального права (ст. 1 ГК РФ) и как институт права коллизионного (ст. 1210 ГК РФ). В первом случае речь идет о возможности для сторон свободно заключать любой договор и о свободе сторон гражданско-правового договора самостоятельно регулировать свои права и обязанности по договору, определять его условия в пределах диспозитивных норм законодательства (эта возможность ограничена императивными нормами — ст. 421 ГК РФ). Во втором случае речь идет о возможности сторон договора, осложненного иностранным элементом, выбирать применимое право к договору (ст. 1210 ГК РФ).
В отечественной доктрине вопрос о природе автономии воли является одним из наиболее дискуссионных.
По мнению Д.Ф. Рамзайцева, институт автономии воли закреплен в международном обычае . Однако, как полагает В.Л. Толстых, международное право не устанавливает ответственность за незакрепленное в национальном законодательстве данного института. Кроме того, не понятны критерии определения ущерба, который понесет одно государство в случае, если другое государство не признает выбор права, совершенный с участием лица из первого государства .
———————————
См.: Рамзайцев Д.Ф. Договор купли-продажи во внешней торговле СССР. М., 1961. С. 55.
См.: Толстых В.Л. Международное частное право: коллизионное регулирование. СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2004. С. 116 — 117.

А.Л. Маковский считает, что основанием автономии воли является цель предотвращения коллизии законов .
———————————
См.: Иванов Г.Г., Маковский А.Л. Международное частное морское право. М., 198. С. 26.

М.М. Богуславский полагает, что институт автономии воли является частным проявлением принципа диспозитивности (свободы договора) в гражданском праве .
———————————
См.: Богуславский М.М. Коллизионные вопросы обязательственных правоотношений во внешней торговле СССР // Правовое регулирование внешней торговли СССР. М., 1960. С. 480.

А.А. Рубанов разработал теорию, в соответствии с которой институт автономии воли является проявлением обратного влияния общественных отношений на право . На основании этого исходного тезиса он приходит к ряду выводов практического характера: недопустима локализация автономии воли (стороны должны выбирать применимый правопорядок из ряда близких правопорядков, усиливая его объективную близость своим волеизъявлением), недопустим выбор квазиправовых норм (коллизионная норма не допускает такой отсылки, соответствующим образом должны поступать и стороны), недопустима юридическая биотехнология (коллизионная норма отсылает к одному правопорядку, соответствующим образом должны поступать и стороны).
———————————
См.: Рубанов А.А. Теоретические основы международного взаимодействия национальных правовых систем. М., 1984. С. 103 — 106.

На наш взгляд, институт автономии воли является комплексным механизмом реализации материального и коллизионного права, который регулирует отношения, осложненные иностранным элементом, для реализации которых необходимо привлечение третьей стороны (суда).
Перечисленные и иные точки зрения отражают взгляды на разные стороны института автономии воли.
Важно отметить, что наиболее полно принцип автономии воли проявляет себя в сфере договорных отношений, однако его можно заметить:
— в односторонних сделках: «. если иное не вытекает из закона, условий или существа сделки либо совокупности обстоятельств дела, применяется право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, принимающей на себя обязательства по односторонней сделке. » (ст. 1217 ГК РФ);
— в обязательствах вследствие причинения вреда: «. 3. После совершения действия или наступления иного обстоятельства, повлекших причинение вреда, стороны могут договориться о применении к обязательству, возникшему вследствие причинения вреда, права страны суда (п. 3 ст. 1219 ГК РФ)»;
— в обязательствах вследствие неосновательного обогащения: «. к обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обогащения, применяется право страны, где обогащение имело место. Стороны могут договориться о применении к таким обязательствам права страны суда. » (п. 1 ст. 1223 ГК РФ).
Как полагает В.Л. Толстых, применение института автономии воли к данным обязательствам недопустимо, поскольку отношение уже возникло, действия сторон осуществлены, разрешать им избирать право — значит возлагать на них процессуальную функцию установления близкого права для отношения, фактический состав которого уже завершен. То есть выбор права возможен только тогда, когда его можно осуществить до момента совершения действий, связанных с реализацией прав и обязанностей. Возможность выбирать право для договора после того, как он исполнен, — скорее исключение, чем правило. Соответственно, нельзя закреплять возможность выбора права для обязательств из неосновательного обогащения или причинения вреда, поскольку такой выбор никак не может быть осуществлен до возникновения соответствующих отношений .
———————————
См.: Толстых В.Л. Указ. соч. С. 147.

Смотрите так же:  Приказ о запуске в производство образец

Итак, если обратиться к действующему российскому законодательству, то согласно ст. 1210 ГК РФ стороны договора могут при его заключении или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое будет подлежать применению к их правам и обязанностям по этому договору. То есть суть положения указанной статьи заключается в признании допустимым и правомерным волеизъявления сторон, направленного на выбор применимого права к гражданско-правовому отношению с их участием, осложненному иностранным элементом.
К сожалению, ни ГК РФ, ни другие акты российского законодательства не определяют понятие «иностранный элемент». В п. 1 ст. 1186 ГК РФ названы лишь два наиболее часто встречающихся вида иностранных элементов, которыми может быть осложнено гражданско-правовое отношение:
— участие иностранных граждан или иностранных юридических лиц в гражданско-правовом отношении;
— случаи, когда объект гражданских прав находится за границей.
Между тем для характеристики понятия «иностранный элемент» и его значения важны следующие обстоятельства: во-первых, иностранный элемент, выражая в самом общем (абстрактном) виде своеобразие транснациональных (т.е. выходящих за рамки правопорядка одного государства) частноправовых отношений, создает и объясняет связь между отношением и воздействующим на него иностранным правом; во-вторых, наличие в фактическом составе отношения иностранного элемента обусловливает возникновение коллизий законов и постановку коллизионного вопроса, решаемого посредством норм международного частного права; в-третьих, проявления иностранного элемента в конкретных правоотношениях различны, перечень их, равно как и само понятие «иностранный элемент», не может быть определен исчерпывающим образом .
———————————
См.: Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. А.Л. Маковского, Е.А. Суханова. М.: Юристъ, 2002. С. 308.

Вопрос о том, какие нормы права следует применять к конкретному отношению, постоянно возникает перед судами, но по общему правилу ограничивается выбором надлежащих правовых актов и норм в пределах данного государства. В п. 1 ст. 1186 ГК РФ под определением права, подлежащего применению, понимается решение принципиально иных вопросов, во-первых, о том, должно ли применяться «свое», российское, либо иностранное право; во-вторых, о том, право какого именно иностранного государства подлежит применению .
———————————
См.: Николюкин С.В. Особенности урегулирования споров с участием иностранных предпринимателей в арбитражных судах // Юрист. 2011. N 8. С. 35.

Необходимо отметить, что до введения в действие части третьей ГК РФ нормы о применении иностранного права содержались в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик (далее — Основы гражданского законодательства). Так, в соответствии ст. 156 Основ гражданского законодательства иностранное право применяется к гражданским отношениям в случаях, предусмотренных законодательными актами Союза ССР и республик, международными договорами СССР, а также на основании не противоречащего им соглашения сторон или признаваемого СССР международного обычая. Аналогичные нормы содержались и в ст. 12 АПК РФ 1995 г.
В действующем ГК РФ отсутствует «столь лаконичная норма, как норма ст. 156 Основ ГЗ» . Тем не менее ГК РФ сохранил принципиальный подход к иностранному праву, который заключается в том, что его применение возможно в случаях, предусмотренных международным договором, законом, а также на основе обычаев, признаваемых в Российской Федерации (п. 1 ст. 1186 ГК РФ).
———————————
См.: Тимохов Ю.А. Иностранное право в судебной практике. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 1.

Сходные нормы содержатся и в действующем АПК РФ. Так, согласно п. 5 ст. 13 арбитражный суд в соответствии с международным договором Российской Федерации, федеральным законом, соглашением сторон, заключенным в соответствии с ними, применяет нормы иностранного права. Однако АПК РФ в отличие от ГК РФ не предусматривает возможности применения иностранного права на основе обычаев, признаваемых в Российской Федерации, что является недоработкой нашего законодателя.
Итак, существует ряд причин, в силу которых стороны не определяют применимое право в договоре. Во-первых, условие о применимом праве не является существенным, поэтому его указание в договоре не обязательно, и стороны в принципе не обращают на это внимания; во-вторых, стороны могут не договориться о применимом праве, когда каждая сторона настаивает на применении именно своего права; в-третьих, в момент заключения договора стороны интересует именно заключение договора, и они сознательно избегают обсуждения вопроса о применимом праве к возможному спору в интересах успешного завершения переговоров и заключения договора; в-четвертых, стороны могут забыть включить в договор оговорку о применимом праве.
Между тем ГК РФ устанавливает, что если невозможно определить право, подлежащее применению, то применяется не российское право, а право страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано (п. 2 ст. 1186).
Привязка к праву, наиболее тесно связанному с договором, является новеллой в отечественном коллизионном праве, хотя определенные элементы закона тесной связи содержались в п. 5 ст. 166 Основ гражданского законодательства, а именно к правам и обязанностям по договорам, не перечисленным в ст. 166, применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания такого договора.
В п. 2 ст. 1211 ГК РФ указано, что правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается право стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания такого договора, если иное не вытекает из закона, договора, обстоятельств дела.
Кроме того, согласно п. 4 ст. 1211 ГК РФ правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, в частности:
1) в отношении договора строительного подряда и договора подряда на выполнение проектных и изыскательских работ — право страны, где в основном создаются предусмотренные соответствующим договором результаты;
2) в отношении договора простого товарищества — право страны, где в основном осуществляется деятельность такого товарищества;
3) в отношении договора, заключенного на аукционе, по конкурсу или на бирже, — право страны, где проводится аукцион, конкурс или находится биржа.
Как отмечает М.М. Богуславский, перечень привязок, указанных в п. 3 ст. 1211 ГК РФ, «играет вспомогательную роль, поскольку основное значение ст. 1211 всегда должен иметь принцип применения права страны, с которой договор наиболее тесно связан» .
———————————
См.: Богуславский М.М. Международное частное право: Учебник. М., 2005. С. 273.

Таким образом, в российском законодательстве за основу положен подход, отраженный в Конвенции о праве, применимом к договорным обязательствам, от 19 июня 1980 г. (Римская конвенция 1980 г.). В соответствии с Римской конвенцией 1980 г. стороны сами могут определить в договоре применимое право к их отношениям. Если они этого не сделали, то подлежит применению право стороны, с которым договор имеет наиболее «тесную связь». Необходимо отметить, что коллизионный принцип «тесной связи» предусмотрен также и в Межамериканской конвенции о праве, применимом к международным контрактам от 17 марта 1994 г. (Межамериканская конвенция 1994 г.).
Итак, применение принципа автономии воли для определения применимого к договору права отвечает требованиям справедливости и правосудия. С одной стороны, в юридическом смысле все правовые системы равны между собой, а с другой стороны, в содержательном аспекте они отличаются друг от друга, и стороны вправе выбрать правовую систему, которая бы устраивала обе стороны и отвечала реальной необходимости регулирования их договорных отношений.
Отсутствие пространственных пределов ограничения автономии воли сторон отвечает тенденциям глобализации международного делового оборота, поскольку широкие возможности по выбору применимого права позволяют сторонам сделки реализовать собственное желание к подчинению своих прав и обязательств наиболее совершенному с их точки зрения правопорядку, а также облегчить процесс достижения компромисса по вопросу о применимом праве. На практике часто в качестве такового выступает «нейтральный», «равноудаленный» правопорядок, с которым ни одна из сторон не связана.
Что касается критерия наиболее тесной связи, являющегося генеральным коллизионным принципом для установления компетентного правопорядка к договорным обязательствам, то он проявляется во множестве конкретных коллизионных привязок, установленных законодателем. С другой стороны, можно непосредственно выбрать применимое право, если из существа договорного обязательства вытекает, что привязка к конкретному правопорядку не выражает с ним наиболее тесную связь. Принцип тесной связи является также общим принципом международного частного права, определяющим основополагающие начала в правовом регулировании международных частных отношений в целом.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Международное частное право, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

Понятие международного частного права. Коллизии норм права. Субъекты международного частного права

Международное частное право (МЧП) – это комплексная правовая система, объединяющая нормы внутригосударственного законодательства, международных договоров и обычаев, которые регулируют имущественные и личные неимущественные отношения, “осложненные” иностранным элементом.

Из данного определения вытекает, что в качестве предмета МЧП являются имущественные и личные неимущественные отношения гражданско-правового характера, что сближает его с гражданским правом внутригосударственным.

Смотрите так же:  Отобрана лицензия у страховой компании

С другой стороны, МЧП схоже и с международным публичным правом наличием в его составе различных международных элементов.

Главной предпосылкой при выделении отношений, регулируемых МЧП является то, что они относятся к сфере международных. Межгосударственные отношения между гражданами и организациями (юридическими лицами) различных государств – это предмет регулирования МЧП. Специфика международных отношений с участием физических и юридических лиц порождает специфику их правового регулирования.

В сферу международного частного права входят гражданская право- и дееспособность иностранных физических и юридических лиц; отношения собственности иностранных физических и юридических лиц; отношения, вытекающие из внешнеэкономических (торговых, посреднических, монтажно-строительных и т.д.) договоров; финансовые и кредитно-расчетные отношения; отношения по использованию результатов интеллектуального труда (авторские, патентные и др.) иностранных физических и юридических лиц; отношения по перевозке зарубежных грузов; наследственные отношения по поводу имущества, находящегося за рубежом и т.д. Перечень отношений не является исчерпывающим, но он дает основание судить о том, что все они относятся к отношениям, аналогичным предмету гражданского права. Но МЧП регулирует не стандартные имущественные отношения, а такие, которые возникают в международной сфере. Исходя из этого можно выделить два основных признака, характеризующих общественные отношения, составляющие предмет международного частного права:

1. международные отношения;

2. гражданско-правовые отношения.

Таким образом, только одновременное наличие указанных двух признаков позволяет очертить тот круг общественных отношений, который составляет предмет международного частного права.

По своей природе к гражданско-правовым отношениям относятся семейно-брачные и трудовые, выделенные в Российском законодательстве в отдельные отрасли права. Следовательно, семейно-брачные и трудовые отношения международного характера составляют предмет международного частного права. Но необходимо отметить, что кроме гражданско-правовых отношений, семейное и трудовое право, охватывает своим регулированием отношения другого порядка, например, административно-правовые (запись актов гражданского состояния, трудовой распорядок и др.), но в предмет международного частного права входят только те семейно-брачные и трудовые отношения, которые имеют гражданско-правовую природу.

Все вышеизложенное позволяет сделать следующий общий вывод.

Предмет международного частного права составляют гражданские правоотношения международного характера, или гражданские правоотношения, осложненные иностранным элементом.

Таким образом, спецификой отношений, подпадающих по сферу действия МЧП, является наличие “иностранного элемента”. Под “иностранным элементом” понимают:

– субъекта, который имеет иностранную принадлежность;

– объекта, имеющий определенную принадлежность к иностранному государству;

– юридического факта, который имел или имеет место за границей.

Коллизия права – это объективно возникающее явление, которое порождается двумя причинами: наличием иностранного элемента в гражданско-правовом отношении и различным содержанием гражданского права разных государств, с которыми это правовое отношение связано.

Коллизия права это основополагающая категория международного частного права. Следует различать коллизию норм права, содержащихся в законах, изданных в разное время; коллизию правовых норм, возникающую в результате иерархии законодательных актов; коллизию, порождаемую федеративным устройством государства. Коллизия права в международном частном праве прежде всего возникает между материальными нормами национального частного права разных государств. Анализ такого явления как коллизия права позволяет выделить различные варианты коллизий: коллизия коллизий, скрытые коллизии, положительные и отрицательные коллизии, интертемпоральные и интерлокальные коллизии и др.

Преодоление коллизии права – это основная задача международного частного права. Необходимой предпосылкой правового регулирования коллизионной проблемы является выбор гражданского права того государства, которое будет компетентно его регулировать. Во внутреннем праве государств есть особые нормы – коллизионные, которые содержат правила выбора права. Данные нормы тем или иным образом указывают гражданское право какого государства должно быть применено для урегулирования конкретного гражданского отношения с иностранным элементом.

Иначе говоря, в российском праве необходимо найти такую норму, которая бы и обосновывала ответ на возникший коллизионный вопрос.

Природа и характерные черты нормативного состава международного частного права, непосредственно зависят от способов правового регулирования гражданских правоотношений международного характера, которые состоят из двух видов норм: коллизионных и унифицированных материальных гражданско-правовых.

Коллизионные нормы преодолевают коллизионную проблему путем выбора права. Главная особенность таких норм состоит в том, что они не содержат прямого определения прав и обязанностей участников гражданских правоотношений, а указывают, право какого государства нужно применить для определения этих прав и обязанностей. Поэтому эти нормы называют отсылочными.

Унифицированные материальные гражданско-правовые нормы, с помощью которых осуществляется материально-правовой способ регулирования, преодолевают коллизионную проблему путем создания единообразных норм гражданского права различных государств, что устраняет саму причину возникновения коллизии. В отличии от коллизионных, материально-правовые нормы непосредственно устанавливают правила поведения для участников гражданских правоотношений, осложненных иностранным элементом. Часто такие нормы называют прямыми. Таким образом, международное частное право включает два вида норм – коллизионные и унифицированные материальные гражданско-правовые.

Правовое положение физических лиц в гражданских правоотношениях раскрывается через категории правоспособности и дееспособности.

Гражданской правоспособностью физического лица считается его способность быть носителем гражданских прав и обязанностей, допускаемых объективным правом данной страны.

Гражданская правоспособность присуща человеку как жизнеспособному существу и не зависит от его умственных способностей, состояния здоровья и т. д. В настоящее время лишение по суду гражданской правоспособности законодательством большинства государств не допускается. Правоспособность физического лица прекращается с его смертью или с объявления его умершим на основании презумпции безвестного отсутствия в течение определенного в законе срока, или же (в некоторых странах) с объявления судебного решения о безвестном отсутствии.

Под гражданской дееспособностью физического лица понимается его способность своими действиями приобретать гражданские права и обязанности. Для того чтобы быть дееспособным, человек должен осознавать и правильно оценивать характер и значение совершаемых им действий, имеющих правовое значение. Законодательством большинства стран установлено, что дееспособным в полном объеме гражданин становится по достижении установленного в законе возраста, то есть совершеннолетия.

Правовое положение юридических лиц в международном частном праве раскрывается через категорию правоспособности юридического лица.

Различают общую и специальную правоспособность юридических лиц. При общей правоспособности юридическое лицо вправе приобретать гражданские права и нести гражданские обязанности, как и лицо физическое, за исключением таких прав и обязанностей, необходимой предпосылкой которых являются естественные свойства человека. При специальной правоспособности юридическое лицо вправе вступать в такие правоотношения, которые необходимы только для достижения указанной в законе или уставе цели.

Государство как субъект международного частного права

Государство вступает в самые различные имущественные правоотношения с другими государствами, а также с международными организациями, юридическими лицами и отдельными гражданами других государств, выступая при этом субъектом международного частного права. Различают два вида правоотношений, в которых участвуют государства:

-правоотношения, возникающие между государствами, а также между государством и международными организациями;

-правоотношения, в которых государство выступает в качестве только одной стороны; другой стороной в этих правоотношениях могут быть иностранные юридические лица, международные хозяйственные (немежгосударственные) организации и отдельные граждане.

Участие государства в отношениях, регулируемых международным частным правом, имеет свою специфику, которая заключается в следующем:

-государство — особый субъект гражданско-правовых отношений. Оно не является юридическим лицом, так как в своих законах само определяет статус юридического лица;

-к договору между государством и иностранным физическим или юридическим лицом применяется внутреннее право этого государства;

-в силу своего суверенитета государство имеет иммунитет, поэтому сделки с ним подвергнуты повышенному риску;

-в гражданских отношениях государство участвует на равных началах с другими участниками данных отношений

Похожие публикации:

  • Коллегия адвокатов лига Арбитражный суд Московской области 25 января 2019 года состоялось расширенное заседание Президиума Арбитражного суда Московской области, на котором подведены итоги работы коллектива суда за 2018 год Председатели российских судов […]
  • Судимость и врач Газета «Улица Московская» № 763 Мусорный протест добрался до Пензы 3 февраля Пенза присоединилась к всероссийской акции протеста против мусорной реформы. Светлый был человек Виктор Буц 4 февраля на 84-м году жизни умер Виктор […]
  • Как заплатить физ лицу налог на имущество физ лиц Продажа имущества ООО физическому лицу Для этого следует обратиться в соответствующую фирму, в которой оценщики проведут анализ микроэкономических показателей данного региона и имеющегося имущества в распоряжении ООО, клиентскую базу […]
  • Если судимость за штраф Погашение судимости после оплаты штрафа Добрый день. Была судимость по ст. 228 ч. 1, наказание - штраф, который был оплачен. Прошло больше года с того времени. По какой причине в справке о наличии/отсутствии судимости она до сих пор […]
  • Расчет детского пособия в 2019 году Детские пособия в 2019 году: виды и размеры Детские пособия в 2019 году подлежат индексации на уровень инфляции прошлого года. Кроме того, в 2018 году введены новые ежемесячные выплаты для молодых семей за первого и второго ребенка. […]
  • Как подать заявление на увольнение находясь на больничном Если работник ушел на больничный перед отпуском Больничный перед отпуском может помешать сотруднику воспользоваться правом на отдых, например, если не закончена какая-то работа в срок, что может послужить основанием для переноса […]